В шаге от пропасти: Между жизнью и правосудием

Вопрос отмены смертной казни в Беларуси стал на сегодняшний день едва ли не самым актуальным и обсуждаемым как среди правозащитников, так и в высших политических кругах. Это самая болезненная тема, которая становится камнем преткновения на международном уровне и которой раз за разом попрекают Беларусь, как единственную страну в Европе, где до сих пор применяют смертную казнь. Своей публикацией мы хотим в очередной на реальном примере продемонстрировать какова может быть цена судейской ошибки, которую после приведения приговора в исполнение уже невозможно будет исправить

0 186

Фабула: Приговором судебной коллегии по уголовным делам Витебского областного суда от 05.05.1999 г. с изменениями, внесенными постановлением Президиума Верховного суда от 19.02.2004 г., Машей А.И. признан виновным в изнасиловании и умышленном убийстве, сопряженном с изнасилованием, совершенном лицом, ранее совершившим убийство, и на основании ч.ч. 1,2 ст. 80 ст. 115 и пп. «ж», «з» ст. 100 УК 1960 г. осужден по совокупности преступлений к пожизненному заключению в исправительной колонии особого режима.

Как следует из материалов уголовного дела, 14 сентября 1998 года около 19 часов Машей А.И, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на берегу реки Мяделка вблизи улицы Вокзальной в г. Поставы совершил изнасилование несовершеннолетней Ольги Ш. в естественной и извращенной форме. Он же в процессе изнасилования Ольги Ш., с целью совершения убийства сдавил ее шею руками, в результате чего смерть последней наступила на месте происшествия от механической асфиксии. После совершенного преступления он же в ночь с 14 на 15 сентября и в ночь с 20 на 21 сентября незаконно пересек Государственную границу Республики Беларусь, в т.ч. в обратном направлении из Литовской Республики, возвращаясь к месту постоянного жительства.

Тяжесть наказания, которому подвергся осужденный, не должна оставлять никаких сомнений в его виновности, а собранные доказательства – не допускать двусмысленного трактования или сомнений. Тем не менее, уже первое ознакомление с представленными нам на обозрение материалами уголовного дела позволяют усомниться в правильности выводов, сделанных коллегией по уголовным делам.

Обстоятельства дела.

Как следует из показаний обвиняемого, он 14 сентября 1998 года познакомился с двумя ранее не известными ему молодыми людьми, с которыми решили совместно провести время. Пока новый знакомый приобретал самогон у цыган, они вместе с Ольгой Ш. приобрели в магазине на вокзале колбасу, мороженное, лимонад и бутылку вина. Далее  все вместе продолжили распитие спиртного на берегу реки, после чего Машей А.И. отправился на вокзал. Спустя несколько дней он был задержан сотрудниками милиции и ему было предъявлено обвинение в изнасиловании и убийстве несовершеннолетней Ш.

Как следует из заключения судмедэкспертов, смерть Ольги Ш. наступила около 19-00, на теле обнаружены следы крови, происходящей, на основании выводов биологической экспертизы, потерпевшей Ольги Ш. и могла произойти от лица или группы лиц с группой крови А β/II, в т.ч. от Машей А.И.

Противоречие № 1

Из показаний свидетеля Фадеевой, работавшей в этот день кассиром на железнодорожном вокзале, усматривается, что обвиняемый приобрел у нее билеты до станции Камайка в 18-40 – сразу после открытия кассы. Обвиняемого запомнила хорошо, поскольку у него не было паспорта и он предъявил ей справку о проживании в Брестской области.

Как следует из следственного эксперимента, самый короткий путь от места преступления до билетных касс занимает минимум 10 минут. Если принять во внимание, что преступником все же является Машей А.И. и он воспользовался кратким путем, то все равно возникает вопрос: как он успел совершить преступление, дойти до касс и дождаться их открытия в 18-40. Мы еще вернемся ко времени преступления, поскольку оно играет в этом деле далеко не последнюю роль.

Противоречие № 2

Из показаний свидетелей Лашкинель и Греков, задержавших обвиняемого в поезде, следовавшего в погранзону 14 сентября в 19-10, следует, что Машей А.И. был чисто одет, следов драки и кровоточащих ран не имел, царапины на лице и руках, равно как и следы крови отсутствовали.

В то же самое время, как следует из протокола осмотра места преступления, на трупе жертвы отмечены повреждения лица и шеи, поломаны ногти на ногах и руках, на одежде убитой обнаружена кровь мужского генотипа. Соответственно, у подозреваемого на теле должны были присутствовать следы борьбы и, в обязательном порядке, открытые раны, из которых кровь должна была попасть на одежду Ольги Ш. Однако, таких повреждений у Машея никто в этот день не видел: ни кассир, продавшая ему билет, ни свидетели, проводившие его досмотр в погранзоне.

Противоречие № 3

На месте преступления обнаружена пустая бутылка вина и обертка колбасы со следами отпечатков пальцев Машея, что по мнению суда явилось прямым доказательством виновности последнего.

В то же самое время, Машей не отрицал, что распивал спиртное с указанными лицами – Ольгой Ш. и ее знакомым. Однако вызывает сомнение, что преступник, спешащий на поезд, в последний момент решил совершить убийство и оставить на месте преступление ряд улик, указывающих на его виновность. Тем более, что преступление происходило на берегу реки и выбросить улики в реку – самое логичное, что должен был сделать предполагаемый убийца.

Более того, из показаний свидетеля Воронович следует, что она работала продавцом в магазине, куда около 17-00 заходил обвиняемый и приобретал бутылку водки. Этот, на первый взгляд маловажный момент, демонстрирует, что Ольга Ш. либо оставалась одна и имела возможность уйти или позвать на помощь, либо с ней оставался неустановленный «Андрей», с которым она была до знакомства с обвиняемым. Это же косвенно подтвердили и родственники погибшей, сообщивших суду, что она ни в коем случае не пошла бы с незнакомым ей человеком.

Однако личность неизвестного «Андрея» так и не была установлена.

Противоречие № 4

Главными свидетелями стороны обвинения являлись двое несовершеннолетних детей (8 и 10 лет), которые видели на берегу реки мужчину и женщину, которая была намного моложе мужчины. Через некоторое время они увидели, что мужчина и женщина лежали так, что мужчина был сверху, прикрывая своим телом женщину. Когда они остановились неподалеку, чтобы посмотреть что будет дальше делать мужчина, последний стал их прогонять. Через незначительный промежуток времени они вновь вернулись на данное место с другими ребятами, но мужчины уже нигде не было видно, а женщина была мертва.

По показаниям свидетелей, мужчина действительно похож на обвиняемого.

Прежде всего, удивляет с какой точностью дети описывают события и мелкие детали преступления. Более того, в то время, как ни один из взрослых свидетелей, видевших Машея с близкого расстояния, не смогли опознать  в нем обвиняемого, дети сделали это с поразительной точностью, профессионально описав детали одежды и его внешний вид.

Как оказалось, в действительности все произошло с точностью до наоборот. В суде дети не смогли вспомнить никаких деталей и дать хоть каких-либо вразумительных показаниях. Вместо них судья переписал их показания, данные ими на стадии предварительного расследования. Отсюда и фантастические особенности к мелочам, которые якобы показали в суде несовершеннолетние свидетели, с произвольным добавлением, того, что мужчина в суде якобы очень похож на того, кто был в тот день возле реки.

При наличии таких важных свидетелей, совершенно логично было предположить, что следственными органами будет проведена очная ставка или опознание, чтобы исключить ошибки в выводах и не запутать следствие. Однако по необъяснимым причинам эти процессуальные действия проведены не были, несмотря на неоднократные ходатайства стороны защиты.

Противоречие № 5

Как следует из материалов дела, с места происшествия до ж/д вокзала ведет единственная тропинка, на которой находились дети. По показаниям детей, они с нее никуда не уходили и никого на ней не видели. Это та самая дорога, которая занимает 10 минут до вокзала. Для того, что пройти до вокзала с другой стороны, то время на дорогу увеличивается до 30 минут, что полностью исключает возможность совершения преступления Машеем.

Противоречие № 6

Из показаний детей, следует, что обнаружив мертвую женщину, они встретили на тропинке знакомого рыбака и рассказали ему об обнаруженном трупе. Следовательно, в деле должен был появиться еще один свидетель, который мог бы прояснить ситуацию относительно количества лиц, находившихся на берегу, времени обнаружения трупа и непосредственно о самих событиях, которые там происходили.

После разговора с рыбаком, дети рассказали о случившемся отцу, который пояснил, что это было или в 18-50, или в 19-05. Такие показания полностью оправдывают обвиняемого и обязывали следователей допросить рыбака, чтобы точнее установить время преступления.

Однако, по тем же странным причинам, установив личность рыбака, следователи почему то не посчитали необходимым допросить его и привлечь в качестве свидетеля.

Противоречие № 7

По заключениям судмедэкспертов однозначно определить происхождение крови и сперматозоидов от Машея не удалось. Их происхождение, по мнению экспертов, возможно «можно отнести как от лица, либо группы лиц, в том числе от гражданина Машея».

Ответом на все вопросы могла стать генотипоскопическая экспертиза ДНК, пока не были уничтожены все вещественные доказательства с образцами крови и спермы. Однако и ее проводить не стали, оставив в качестве доказательства виновности Машея предположительные выводы судмедэкспертов, не давших ответов на поставленные вопросы.

Уже даже этих нарушений достаточно, чтобы начать пересмотр дела и, в соответствии со ст. 16 УПК, трактовать все сомнения в пользу обвиняемого.

Неожиданный поворот

Но история приняла совершенно неожиданный оборот после того, как в 2004 году, когда в кабинет оперативного работника «СТ-8» г. Жодино был вызван осужденный к пожизненному заключению Василий О., сообщивший, что намерен написать явку с повинной о совершенном им 14 сентября 1998 г. преступлении – изансиловании и убийстве девушки.

Исходя из признательных показаний Василия О., он как раз и являлся тем самым “Андреем”, которого Александр Машей встретил на вокзале вместе с Ольгой Ш. По свидетельству оперуполномоченного тюрьмы № 8, осужденный Василий О. на момент написания заявления содержался отдельно от Машея и никакого давления со стороны последнего на него оказываться не могло. Василий О. поведал досконально обо всех обстоятельствах совершенного в сентябре 1998 года преступления.

Однако уже сразу после начала проверки изложенных в явке с повинной обстоятельств, Василий О. отказался от своих показаний, заявив, что написал их под психологическим давлением самого Машея, а обстоятельства преступления излагал из сообщенного ему Машеем в письменной форме.

Для полноты картины нельзя не сказать, что группа крови Василия О. так же не совпадает с той, которая осталась на жертве. К тому же он согласился пройти допрос с использованием «Полиграфа», который хоть и не является доказательством в суде, но тем не менее, используется как характеризующие обвиняемого обстоятельства. Данные эксперимента так же подтвердили, что Василий О. не причастен к совершенному убийству и находился в тот день в г. Чашники — на другом конце Беларуси.

Александр Машей от «Полиграфа» отказался, что, в принципе, легко может объясняться полученными уроками от предыдущего следствия и собранными вопреки здравой логики «доказательствами» его «виновности».

Жирное многоточие в этой запутанной истории поставила Генеральная прокуратура, в лице ее тогдашнего руководителя – Григория Василевича. 22 ноября 2011 года он удовлетворил одно из многочисленных обращений Александра Машея и его представителей и принес протест в Президиум Верховного Суда на предмет отмены судебных решений и передачи его на новое судебное разбирательство. Однако это не принесло должного удовлетворения ни Машею, ни его супруге, с которой он заключил брак уже будучи осужденным, поскольку к этому времени все возможности опротестования этих судебных решений Александром Машеем были исчерпаны. На основании п.1 ч.2 ст 404 УПК  надзорный протест на состоявшиеся судебные решения был возвращен Верховным Судом.

В итоге, мы стали свидетелями трагикомичной ситуации, когда даже Генеральный прокурор усомнился в правильности выводов судов и принес протест на их решения. Однако Верховный Суд посчитал, что юридические тонкости более значимы, чем судьба человека, которого он признал виновным.

Послесловие

В этой истории есть еще один немаловажный момент о котором мы не имеем права не упомянуть. Речь идет о том, что Александр Машей остановился в одном шаге от исключительной меры наказания – расстрел, который так же мог быть применен в отношении него, в силу тяжести совершенного преступления.  Хочется задаться вопросом: как можно было осудить человека на столь тяжелое наказание с таким количеством неточностей и противоречий. Страшно даже представить себе как бы читались сейчас эти строки, если бы приговор был более суровым и уже приведенным в исполнение. Сейчас, спустя 20 лет, проведенных в тюрьме, у Александра Машея еще есть шанс добиться пересмотра своего дела и надеяться если не на реабилитацию, то на возможность пересмотра своего дела в ином составе суда.  Мы привели только некоторые противоречия, которые нам удалось увидеть, изучая представленные материалы уголовного дела. Однако, согласитесь, даже этих «крупиц» вполне достаточно, чтобы сомневаться в правильности выводов судов, приведших к пожизненному заключению человека.

Вам также могут понравиться

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.