Несправедливый приговор: сто грамм с утра — шесть лет свободен

Можно ли защитить себя и не оказаться на скамье подсудимых? Разбираем показательный приговор, лишивший человека свободы на 6 лет.

0 114
Фабула: Приговором суда минского района города Бреста от 14 января 2016 года Харламов В.И. признан виновным в покушении на умышленное противоправное лишение жизни другого человека. На основании ч.1 с. 14, ч.1 ст 139 УК ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на шесть лет и шесть месяцев.

В период времени примерно с 7 часов 35 минут Харламов В.И., находясь в помещении ликеро-водочного отдела магазина №1 РУП «Брестская межрайонная торговая база» в ходе конфликта внезапно возникшего на почве личных неприязненных  отношений с Арсеменко О.Н. С целью его умышленного противоправного лишения жизни  (убийства), сознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление смерти и желая этого умышленно нанес последнему один удар ножом в область шеи спереди. В результате преступных действий Харламовым   В.И. причинены потерпевшему Арсеменко О.Н. повреждения в виде колотого колото-резаное ранение передней поверхности шеи с пересечением левой грудино-ключично-сосцевидной мышцы, ранением левой доли щитовидной железы и повреждением стенки трахеи, которое носится к категории тяжких телесных повреждений по признаку опасности для жизни.
Харламов В.И. свои преступные действия, направленные на умышленное противоправное лишение жизни убийство Арсеменко О.Н., не довел до конца по независящим от него обстоятельствам, так как непосредственно после причинения телесных повреждений потерпевший оказал активное сопротивление пытался выбить нож, а также смог закрыть шею в области раны обеими руками замедлив кровопотерю, после чего ему была вызвана бригада врачей скорой медицинской помощи и своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

Обстоятельства дела

Харламов В.И. свою виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 14 ч. 1 ст. 139 УК  Республики Беларусь признал частично, пояснив что 16 августа 2015 года около 7:00 направился в магазин «Дисконт» в городе Бресте. Когда он прошел в магазин в нём покупателей не было и он приобрёл 3 бутылки водки, за которые рассчитался, положив их в сумку.

На выходе из магазина к нему обратился незнакомый мужчина –  как теперь ему известно потерпевший Арсеменко О.Н. –  и потребовал у него 2000 рублей. На какие цели, он не пояснил, но и так было понятно, что на спиртное. Он сразу ответил потерпевшему, что денег у него нет и продолжил идти к выходу. Однако Арсеменко О.Н. преградил ему путь, схватил за плечи, рукой потянулся к его сумке — наверное хотел забрать. Также Артеменко О.Н. высказал угрозы в его адрес, содержание которых он не помнит, но отчетливо помнит, что последний выражался нецензурной бранью. Затем Арсеменко О.Н. нанес ему удар в область виска, у него с головы упала кепка, потом потерпевший нанес ему не менее 3 удара в область грудной клетки кулаками. После этого Арсеменко О.Н. схватил его обеими руками в области шеи и большими пальцами начал давить в область кадыка. Он стал задыхаться, и в тот момент вспомнил, что у него имеется при себе нож в правом кармане штанов. Он всегда берет с собой нож, когда собирается ехать на дачу. Нож – складной, который раскладывается нажатием кнопки и складывается в ручную. Он достал его и показал Арсеменко О.Н. не открытым, надеясь, что последний испугается, но этого не произошло. Он хотел чиркнуть Арсеменко О.Н.  по рукам, но тот как-то дернулся и он случайно нанес удар потерпевшему в область шеи сверху вниз. Арсеменко О.Н. опустил руки и он ушёл из магазина домой. Потом они вместе с супругой поехали на дачу, где он использовал нож в хозяйственных целях, помыл его и положил в ведро с инструментом в сарае, откуда он и был изъят следователем.

Основными доводами суда о виновности Харламова В.И. являются его показания, данные им в ходе досудебного производства, которые, по мнению суда, «кардинально изменились, обросли новыми подробностями, усугубляющими действия потерпевшего».

Однако, показания обвиняемого, данные им в ходе предварительного расследования, являются последовательными непосредственно об обстоятельствах совершенного им преступления и разнятся только в части оружия преступления (складной нож или скальпель), нанесенных ему телесных повреждений потерпевшим (удар в область виска, попытка душить) и характер нанесения удара ножом («хотел напугать», «случайно чиркнул», «хотел по руке, а получилось по шее»). Данные противоречия в показаниях могут являться обстоятельствами, характеризующими субъект преступления и не являются доказательством о наличии у обвиняемого прямого или косвенного умысла на совершение преступления.

Показания для наказания?

Харламов В.И. так же последовательно указывал, что причиной возникшего конфликта явились противоправные действия потерпевшего, который спровоцировал драку, являлся инициаторов потасовки и совершил нападение на обвиняемого.

Его показания в этой части подтвердил и сам потерпевший Арсеменко О.Н., указавший, что «Мне нужно было похмелиться, но на приобретение спиртного не хватало 2000 рублей… Его отказ меня разозлил, поэтому я обеими руками схватил мужчину за верхнюю часть одежды… Удерживая мужчину за одежду я что-то ему говорил, но что именно, точно сказать не могу. Допускаю, что мог говорить что-то оскорбительное. О том, что находилось у обвиняемого в пакете мне неизвестно… Допускаю, что когда удерживал Харламова В.И. за одежду, мог кистями рук, соприкасаясь с его телом, возможно, таким образом и образовались кровоподтеки области груди».

Данные показания судом расценены как последовательные и непротиворечивые. Однако такие показания вызывают сомнения, поскольку потерпевший находился в 7:30 в виноводочном магазине и видел, как обвиняемый приобрел три бутылки водки, издававшие в полиэтиленовом пакете, характерный позвякивающий звук при соприкосновении.

Кроме того, он находился в состоянии алкогольного опьянения, что опровергает его доводы о намерении похмелиться, но подтверждает его противоправные действия мотивированные злостью на отказ предоставить ему недостающие 2000 рублей.

Об этом же свидетельствует Бондаренко В.А., не видевший что приобрел обвиняемый, но указавший, что «В левой руке у обвиняемого была сумка, в которой позвякивали бутылки…»

Исходя из данных показаний можно сделать вывод, что действия потерпевшего содержат в себе признаки уголовного преступления (ч.1 ст. 339 УК — Хулиганство) и (или) административного правонарушения (ст. 17.1. КоАП – Мелкое хулиганство), что было проигнорировано судом.

Довольно странно и то, как суд отнесся к показаниям свидетелей, не устранив противоречий у одних и не приняв во внимание показания, свидетельствующие о противоправном поведении потерпевшего.

Манжуров В.И. показал суду, что конфликт начался после того, как два человека уже вышли из магазина, при этом потерпевший «на деда не замахивался, а просто нецензурно выражался в его адрес. Между ними драки не было…  Пожилой человек достал из правого кармана брюк опасное лезвие для бритья… ».

При этом, в ходе очной ставки и при повторном допросе Манжуров В.И. показал обратное: «Я видел, как Олег (Арсеменко О.Н.) схватил его (Харламова В.И.) то ли за одежду, то ли за что-то другое; Между ними завязался конфликт, в ходе которого Олег схватил Харламова за верхнюю часть одежды или за шею, точно сказать не мог; Сам предмет, которым наносился удар я не видел…» .

Как видно, показания свидетеля противоречивы и указывают на разные обстоятельства происшедшего. Тем не менее, суд положил их в основу обвинительного приговора, не устранив  указанные противоречия.

Свидетель Шишковская Т.А. пояснила, что «обвиняемый приобрел у нее три бутылки водки и сложил их в пакет. Через минуту она услышала, что у входа происходит какая-то потасовка и увидела, что обвиняемый толкается с другим постоянным покупателем. Они махали руками, потерпевший пытался схватить обвиняемого и последнего слетела кепка с головы…»  После предупреждения вызвать милицию, обвиняемый направился на выход и потерпевший последовал за ним.

Тем не менее, в приговоре отсутствует оценка самого конфликта, в т.ч., что обвиняемый и потерпевший толкались друг с другом, что могло бы свидетельствовать о том, что обвиняемый не воспринимал возможные последствия как малозначительные.

Свидетель Бондаренко В.А. : У обвиняемого в руках был ножик, а потерпевший пытался выкрутить руку обвиняемого с ножом.

Данные показания опровергают показания потерпевшего, что он не видел нож в руках обвиняемого и не заметил момент удара и подтверждают показания обвиняемого, указавшего на первоначальное желание напугать нападавшего.

В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий установлено, что в камере ИВС, где содержался обвиняемый был записан его разговор с сокамерником, в ходе которого Харламов В.И. сообщил, что «Я не пьяный был, я только закупился в «Дисконте, а он потребовал деньги, а я не дал, а он меня давить начал; Были бы у меня лишние гроши, я бы ему дал на бутылку, откуда я их нарисую…»

Как следует из анализа показаний свидетелей, потерпевший не только спровоцировал конфликт, но и продолжил свои противоправные действия даже после того, как  обвиняемый попытался уйти. Желая продолжить начатые действия, Арсеменко О.Н. догнал обвиняемого и продолжил нападать на него.

Противоправность действий потерпевшего так же подтверждается заключением эксперта № 21.8.1/2528 от 6 ноября 2015 года, согласно которому при проведении первичной судебно-медицинской экспертизы и осмотре экспертом 28 августа 2015 года у Харламова В.И. обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтеков на передней левой половина грудной клетки на уровне 2-3 ребра, на передней поверхности левого плечевого сустава, на задней поверхности средней трети правого плеча, на передней поверхности правой половины грудной клетки на уровне реберной дуги, ссадины на наружной поверхности правого плечевого сустава, на передний левого коленного сустава на задней поверхности нижней трети левого бедра. Указанные повреждения причиненные в результате не менее 8 воздействия твердого тупого предмета (предметов), что не исключает возможности их образования при обстоятельствах, указанных Харламовым В.И.

При этом суд, без должной мотивации, посчитал, что данные телесные повреждения могли образоваться у обвиняемого в ходе приступа эпилепсии в камере ИВС, что, однако, ничем не подтверждается. Странно и то, что освидетельствование обвиняемого произошло спустя продолжительный период времени – 7 дней, что и позволило суду  не только делать предположительные выводы, но трактовать их не в пользу обвиняемого.

Таким образом судом дана неправильная оценка действиям Арсеменко О.Н. и не исследованы его противоправные действия, послужившие началом конфликта. По сути, суд формально признал такие действия правомерными и соответствующими этическим и моральным нормам, принятым в обществе. Только этим можно объяснить отказ суда признать за обвиняемым право на незаконное посягательство на его жизнь и здоровье.

Сдаваться или защищаться?

Согласно ч.1 ст. 34 УК (Необходимая самооборона), каждый имеет право на защиту от общественно опасного посягательства. При отражении общественно опасного посягательства допускается использование оружия любого вида, в т.ч. против невооруженного человека. Право на необходимую самооборону принадлежит всем лицам независимо от наличия у лица возможности избежать причинения вреда  посягающему (спастись бегством) либо обратиться за помощью к другим лицам.

Кроме того, в судебном разбирательстве не было установлено насколько существенным мог быть вред наносимый потерпевшим обвиняемому, что не позволило суду объективно и всесторонне оценить действия обвиняемого как направленные на самооборону.

Согласно разъяснениям в Постановлении Пленума Верховного суда (№9 от 28.02.2001 г.) «О приговоре суда», в приговоре суд дает оценку доказательствам с учетом требований ст. 105 УК – об их относимости, допустимости и достоверности. Однако, как следует из вышеизложенного, судом положены в основу противоречивые показания свидетелей и не проверены доводы обвиняемого, свидетельствующие об отсутствии у последнего умысла на противоправное лишение жизни другого человека.

В соответствии с ч.2 п.3 Постановления Пленума Верховного суда ( №9 от 17.12.2002 г.), устанавливая умысел, суды должны исходить из совокупности всех обстоятельств и учитывать … предшествующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения, характер действий виновного после совершения преступления. Как видно из показаний свидетелей и письменных материалов дела, Харламов В.И. превысил пределы допустимой самообороны, однако в его действиях не усматривается умысел на лишение жизни потерпевшего. Кроме того, сам потерпевший обратился к суду с заявлением о том, что обвиняемый не имел умысла на его убийство и своими действиями защищался от нападения

Учитывая наличие таких показаний потерпевшего, обвиняемый не предвидел наступление смерти и не желал этого.  В действиях Харламова В.И. усматривается состав преступления, предусмотренного ст. 152 УК – умышленное причинении тяжкого телесного повреждения при превышении пределов самообороны, что подтверждается другими доказательствами в материалах уголовного дела.

Также, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела выводы суда о том, что Харламов В.И. «не довел до конца свой умысел по независящим от него обстоятельствам, так как непосредственно после причинения телесных повреждений потерпевший оказал активное сопротивление…», поскольку точно установлено, что потерпевший не оказывал никакого сопротивления ни до нападения на обвиняемого, ни после нанесения ему повреждений. А обвиняемому ничто не препятствовало довести начатое преступление до конца, если бы у него действительно был умысел на его реализацию.

На основании вышеизложенного, приговор суда Ленинского района г. Бреста и определение судебной коллегии по уголовным делам Брестского областного суда от 18.03.2016 подлежат изменению с переквалификацией действий Харламова В.И.  с ч.1 ст.14, ч.1 ст. 139 УК на ст. 152 УК.

Вам также могут понравиться

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.